Татарстанская Митрополия

В канун Недели 2-й Великого поста митрополит Феофан возглавил всенощное бдение в Казанско-Богородицком монастыре

24 Марта 2019

23 марта 2019 года, в канун Недели 2-й Великого поста, святителя Григория Паламы, архиепископа Фессалонитского, митрополит Казанский и Татарстанский Феофан совершил всенощное бдение в Казанско-Богородицком мужском монастыре.

Его Высокопреосвященству сослужили наместник игумен Марк (Виленский) с братией монастыря в священном сане. Песнопения вечернего богослужения исполнили архиерейский мужской хор под управлением Дениса Рогова и смешанный — под управлением монахини Амвросии (Кочережкиной).

После уставного чтения первого часа глава Татарстанской митрополии обратился к духовенству и мирянам с проповедью.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Часто мы задаемся вопросом. Мы — верующие люди; есть Бог и есть мы. Но где та дорога, лестница, которая соединяет человека с Богом? Эта мысль возникает, потому что часто мы не осознаём самого важного в жизни христианина, не придаем значения главному моменту — молитве.

Так уж устроены мы, люди, что внешнюю часть нашего христианского самосознания мы довольно легко осуществляем. Вот, длится Великий пост. Для того, чтобы идентифицировать себя как человека православного, верующего, мы соблюдаем предписания Церкви — чаще ходим в храмы, делаем поклоны, воздерживаемся от увеселительных мероприятий. Но одновременно мы забываем о молитве. «Как же так? Ведь мы приходим в храм именно для молитвы», — скажете вы. Да, это так. Но задайте себе вопрос, сколько времени во время службы мы именно молимся, а сколько времени мысленно бродим где-то? Мы обдумываем всё, что угодно — недоделанное на работе, семейные проблемы; кто-то, возможно, в уме ругался с кем-то или кому-то завидовал. И это всё происходит в то время, когда мы находимся на службе. Это проблема практически каждого человека, который приступает к Богу. Неслучайно в стихирах поется: «рассеянный мой ум собери, Господи».

Стояние перед Богом с молитвой — сложное дело. Но это и самый верный путь к Богу. Преподобный Серафим Саровский, живший в уединении, был известен своими духовными подвигами, ему являлась Сама Богоматерь. Что же заставило его, имевшего столь высокие дары от Бога, стать на тысячу дней и ночей на камень для исполнения подвига молитвы?

Чем отличаются наши молитвы от молитв святых? К великой нашей беде наша молитва нередко является осуждением нам. Изъязвлённые, израненные грехами, запачканные их грязью, мы молимся формально, но при этом ожидаем благодатного озарения. У святых отцов отношения через молитву с Богом были устроены совсем иначе. Чем больше человек через молитву вступал в общение с Богом, чем больше соприкасается с Его благодатью, тем более ужасался состоянию своей души. Для человека, верящего по-настоящему, ищущего Бога, главным было увидеть не ангелов, а свои грехи. И бесы нередко являются ангелами — это называется «прелестью». Через осознание своих грехов человек приходил к покаянию и смирению. Он понимал, что в нас нет никакой святости, все мы изваляны в грязи греха и порока. И только как евангельский мытарь он мог говорить, не смея поднять глаза к небу: Боже! будь милостив ко мне грешнику! (Лк. 18:13).

Я говорю о важности молитвы, потому что и среди духовенства, и среди монашествующих, и среди православных мирян редко можно найти человека, который молится, который через молитву ищет путь к Богу, идет к покаянию и смирению. Молиться по-настоящему возможно только с помощью Божией, но не нашими слабыми силами. Начинать надо с небольшого: поставить железное правило хотя бы утренние и вечерние молитвы не «вычитывать», а стараться молиться, вникать в смысл слов. Странно слышать, порой даже от священников: «Я вычитал правило». Правило — это образец обращенности через молитву святых отцов к Богу. Поэтому дома сегодня возьмите молитвенник и попробуйте свой ум держать в словах молитвы. Ни в коем случае не надо себе представлять, что вы видите Бога, или что Бог вам показался, или какая-то благодать пришла к вам — не ждите этого, зачастую это путь к прелестям. Но вникайте в слова молитвы. Они красивы, они предостерегают нас: «Владыко Человеколюбче, неужели мне одр сей гроб будет…», — каждый миг может быть последним, а дальше следует ответ перед Богом. Если мы понудим себя, будем собирать внутренние силы и ум в слова молитвы, с покаянием стоять перед Богом, то мало-помалу Господь даст почувствовать и радость молитвы. Дух будет обновляться.

О молитве можно говорить много. Есть наставления святых отцов о молитве, особенно Иисусовой. Когда я жил в Сергиевой лавре, там были еще поистине богоносные старцы. Как-то раз я, пылкий и молодой, спросил у одного из них: «Какая же молитва самая главная?» Он ответил: «С тебя будет достаточно, если ты со вниманием будешь говорить “Господи, помилуй”».

Известный богослов, философ священник Павел Флоренский призывал не пренебрегать тем, чему учит Церковь. Если Церковь требует читать 40 раз «Господи помилуй» — читай. Ибо, если Церковь так повелевает, то в этом есть благодатная сила. В кратких молитвах Господь, постепенно очищая нашу душу, приводит нас к осознанию своих грехов. Осознав же, что перед тобой смертельные ямы, ты отклонишься назад или упадешь на колени и станешь умолять: «Господи, помилуй». Внимательная молитва — это путь от земли на небо. Аминь.