Новости Калужской и Боровской епархии

Святитель Феофан Затворник: наставления монашествующим Тамбовских женских обителей

16 Ноября 2017
16 Ноябрь 2017

3 октября 2017 года в Издательском совете Русской Православной Церкви прошли XI Феофановские чтения. Темой чтений стало служение святителя Феофана Затворника. В рамках чтений митрополит Тамбовский и Рассказовский Феодосий представил доклад «», в котором рассказал о вкладе святителя Феофана в развития женского монашества на Тамбовской земле. Портал Богослов.RU.

До начала XVIII века монастыри на Руси получали поддержку от государства, которая практически прекратилась при Петре I. В это время был регламентирован состав монашествующих и установлен возраст пострижения для мужчин – 30 лет, а для женщин – 50-60 лет. Фактически запрещалось поступать в монастыри крепостным крестьянам, а также лицам, состоявшим на военной и гражданской службе[i].

Во второй половине XVIII века была проведена секуляризация церковных и монастырских земель, что привело к значительному сокращению количества обителей. К концу XVIII века число монашествующих уменьшилось на 40%[ii]. В начале XIX века положение улучшилось: количество монастырей стало расти, и к середине века в России насчитывалось 477 мужских и 163 женских обителей (до реформы XVIII века их было более 1000)[iii]. Для тамбовских женских монастырей реформа стала катастрофой. К началу XIX века из шести женских обителей осталась только одна – Вознесенская в городе Тамбове.

Святитель Феофан вступил в управление Тамбовской епархией, когда монашество, особенно женское, переживало период расцвета. В первой половине XIX века, незадолго до его приезда в город Тамбов, было образовано семь новых женских обителей. Всего же в епархии в это время действовало шестнадцать монастырей, восемь из которых были женские.

Первой женской обителью, которую святитель Феофан посетил на Тамбовской земле, стал Сухотинский Знаменский монастырь. Первоначально это была богадельня, организованная благочестивой помещицей Варварой Александровной Сухотиной в ее имении. После смерти мужа она устроила в богадельне монашескую общину, где сама несла послушание, подавая пример другим. В 1849 году решением Святейшего Синода Сухотинская богадельня получала статус женского монастыря[iv]. Первой его настоятельницей стала игумения Дорофея (Кудрявцева), которая с большой энергией взялась за обустройство обители. В результате ее активной деятельности через десять лет в монастыре был воздвигнут Знаменский храм, на освящение которого 8 июля 1859 года прибыл святитель Феофан. В своем слове он призвал насельниц «устроить Господу храм в себе самих, чтобы всегда иметь Его в себе»[v], созидать его в сердце на основании веры «и твердой решимости жить по вере»[vi]. Преосвященный сказал, что для тех, кто укрылся от мирской суеты за монастырскими стенами, проще «приближаться к возлюбленному <...> Господу»[vii]. Он напомнил притчу о юродивых девах, которые, ожидая жениха, забыли наполнить маслом свои светильники. Истолковывая этот отрывок Евангелия, архипастырь обратил внимание на то, что девы «внешне были исправны, а об устроении чувств и мыслей не попеклись»[viii], но именно это является необходимым для спасения человека, а не внешняя привлекательность и искусственная, рукотворная красота.

Во второй раз управляющий епархией посетил Сухотинскую Знаменскую обитель в сентябре 1860 года, на праздник Воздвижения Креста Господня. В проповеди святитель так аллегорически разъяснил суть иноческого креста: «Нижней части креста, той, которая входит в землю, соответствует во внутреннем кресте самоотвержение. В иночестве сие действие принимает новый вид – умертвия в себе и всему миру. Инок то же, что мертвый, зарытый в землю. Верхнюю часть внутреннего креста составляет терпение. Для мирянина терпение есть постоянство в перенесении всех трудов, у инока, сверх того, оно есть твердость пребывания в своем чине и в своем месте. Поперечную часть внутреннего иноческого креста составляет послушание»[ix].

Преосвященный дважды побывал в Сезеновском Казанском женском монастыре Лебедянского уезда. Основание его связывают с именем блаженного Иоанна, жившего в селе Сезеново в келье, предоставленной князем Федором Несвицким. Со временем неподалеку стали селиться девицы, искавшие его духовного руководства. Среди них выделялась преподобная Дария Сезеновская, стоявшая у истоков создания монастыря[x], который был открыт в 1853 году. 3 июня 1860 года, посетив обитель, святитель так наставлял монахинь: «Важно стояние умом в сердце в присутствии Божием, сопровождаемое страхом, отрезвляющим, сообщающим бодренность и освежающим внутреннюю храмину нашу, подобно свежему воздуху утреннему, углубленное вникание в силу и значение всего поемого, читаемого и действуемого с сердцем, отверстым на принятие имеющих родиться в нем возможных при сем чувств и расположений, с готовностью приводить их в исполнение как внушения Божии, мирное расположение доброжелательного духа ко всем людям, не исключая самих врагов»[xi]. На следующий день архипастырь, обращаясь к инокиням, которые во время богослужения были пострижены в рясофор, говорил: «Желательно, чтобы между вами как можно меньше было таких, которые о том только и заботятся, чтобы быть сначала приукаженными, потом рясофорными, далее – монатейными. Это конец желаний, достигши которого, предаются покою, и как иного не имелось в мысли, остаются довольными своим положением»[xii]. Посещая обитель во второй раз, 24 июня 1861 года, в день Рождества Предтечи и Крестителя Господня Иоанна, он поучал монахинь, что «надобно разорвать прежние связи, надобно отречься от прежних обычаев и стать в противоречие с ними. Но да не унывает начинающий. Чем тяжелее бывает в начале, тем тверже инок после»[xiii].

Еще один монастырь Лебедянского уезда, Троекуровский Дмитриевский, был органически связан с Сезеновским, так как основатель его блаженный Иларион Троекуровский поддерживал тесную духовную связь с блаженным Иоанном и преподобной Дарией Сезеновскими. Иларион, поселившись в селе Троекурово в келье, построенной для него помещиком Раевским, в 1824 году начал сбор средств на основание обители. Дмитриевская община открылась в 1857 году, а в 1871 году получила статус монастыря[xiv]. 2 июня 1860 года, во время визита в обитель святитель говорил об общежительном устройстве монастырей, сравнивая их с общинами первых веков: «Как там все было обще, так будет все обще и у вас: одна цель, одинаковы труды, одна радость и печаль <...>, одинаковы заботы и попечения. Единомыслие и единодушие, соединяя вас внутренно взаимосочувствием, приведут вас к скорому взаимодействию и взаимовспомоществованию»[xv]. Епископ Феофан наставлял насельниц: «Навыкайте отрешению от житейских обычаев, сокращая их более и более, а от сего переходите по преемству к возможному для вас уединению и пребыванию с единым Господом»[xvi].

Еще три тамбовских монастыря возникли из общин, состоявших из престарелых дев, вдов и женщин, желавших вести монашеский образ жизни. Один из них – Темниковский женский монастырь в честь Рождества Богородицы. Он обрел статус монастыря в 1859 году, то есть в год приезда святителя[xvii]. Епископ Феофан отметил в своей проповеди, что первейшая обязанность каждой монахини – это посещение всех положенных по уставу служб, так как иной способ поведения для нее противоестественен[xviii].

В городе Кадом был расположен Милостиво-Богородицкий монастырь. С 1797 года на этом месте существовала богадельня, в 1849 году переименованная в общину, а в 1868 году получившая статус монастыря[xix]. В 1860 году, во время визита епископа Феофана, это была развивающаяся монашеская община, которая особенно остро нуждалась в архипастырском наставлении. Святитель призывал насельниц к усердной молитве: «Итак, раздражайте в себе молитву. Дело сие просто: как обыкновенный огонь поддерживаете вы, подкладывая дрова; так ухитряйтесь поддерживать и молитвенный огонь в сердце, одно за другим влагая в нее разные духовные помышления, кои составят духовное топливо»[xx]. Он дал рекомендации монашествующим по должному совершению молитвы: «Телу – стояние, поклоны, молитвословие; духу – внимание, чувство, отрешение от всего и устремление к Богу. Поутрудите себя в стоянии, бдении, поклонах и получите огнь молитвы»[xxi]. Характерной чертой наставлений святителя, обращенных к монахиням, было то, что он их не только поучал, но по-отечески вдохновлял. Кадомских сестер он утешал так: «Много болезней, много и наград. Тот, Кому обручены вы, видит ваши подвиги, радуется им и обрадывает сердце ваше. Чем больше скорбей, тем более <...> утешений»[xxii].

В 1861 году святитель посетил Усманский Софийский женский монастырь, который был открыт недалеко от города Усмани в 1817 году благодаря усилиям помещицы Надежды Георгиевны Федоровой[xxiii]. После богослужения Затворник напомнил монахиням об их обетах и о том, что Господь будет судить их не за то, какие обеты они дали, а как их исполнили. «Читайте Четью-Минею и собирайте в память, как неутомимо трудились Святые Божии, мужи и жены, не жалея ни сил, ни даже живота»[xxiv]. Он советовал насельницам обители помогать друг другу: «А между вами разве нет ревностных, так ревностных, чтоб их ревность была более заметна среди всех? Но и без того одна другую подгоняйте, советами и примерами»[xxv].

Кирсановский Тихвинский женский монастырь был последним из женских монастырей епархии, которые святитель Феофан посетил в годы пребывания на Тамбовской кафедре. 21 июля 1863 года, в 9-ю неделю по Пятидесятнице, он произнес проповедь на тему евангельского чтения, где повествуется о спасении Христом апостола Петра, который по слову Спасителя пошел по морю, но усомнился и стал утопать. Святитель говорил насельницам обители, что в этой притче «сокращенно представлен образ вашего жития иноческого», в том смысле, что сначала всех нас «призывает Господь, а потом требует более собственных наших усилий и трудов»[xxvi].

Особое внимание епископ Феофан оказывал Тамбовскому Вознесенскому женскому монастырю, основанному в 1690 году святителем Питиримом, где первой настоятельницей была его сестра Екатерина. Этот крупнейший монастырь епархии насчитывал 600 насельниц. Епископ Феофан всегда старался служить и проповедовать в нем в дни памяти святых, в честь которых были освящены престолы монастырских храмов. Известно по крайней мере шесть проповедей, произнесенных им в обители. Он призывал монахинь «хранить неугасимым тот огонь ревности, с каким искали <...> обители и вступили в нее. Припомните, какие строились планы в голове о делах Богоугождения, какие подвиги готовы были вы подъять, чтобы явить свое самопожертвование»[xxvii]. Святитель раскрывал смысл монашеского призвания: «Оставили вы мир и все мирское за воротами монастырскими. И пусть оно будет там. Не вносите его внутрь ограды. Главное же – убеждайте свой ум и свое сердце, что вы уже мертвы для здешнего, переселитесь вашим сознанием и чувством в другой мир»[xxviii]. 17 марта 1861 года, в день памяти святого Алексия, человека Божия, Преосвященный говорил о том, что этот святой есть «зерцало монашеской жизни, пример того, как оставить жизнь мирскую, как молиться, как поститься»[xxix]. На день памяти святой великомученицы Екатерины он проповедовал, что ее жизнь «есть в главных чертах полное изображение иноческого жития»[xxx]. Она уневестилась Господу так же, как монахини; она претерпела мучения, и монашествующие, принимая образ ангельский, претерпевают «своего рода мученичество. Ведь мучеников за что мучили? За то, что, уверовав в Господа и сочетавшись с Ним, они не хотели поклоняться ложным богам. Ложные же боги были духи страстей и порочных дел... Кто не покоряется страстям и порочным пожеланиям, тот то же делает, что и отказывающийся покланяться идолам»[xxxi].

Проповедуя в Вознесенском монастыре на праздник Вознесения Господня, святитель воодушевлял насельниц: «Вы же, сестры, и Ангельский приняли на себя образ для того, чтобы, как Ангелы на небе окружают престол Господа, вам на земле неотходно пребывать пред лицем Его, составив из себя умный хор поющих и славящих Вознесшегося»[xxxii]. Он убеждал монашествующих не забывать о покаянном плаче и призывал: «Будем же плакать и утро и вечер, и день и ночь; яко и всяк инок. Миряне плачут, когда кого похоронят; а инок, похоронивший себя для мира, плачет, пока видит, что остаются еще в нем какие-либо признаки жизни для мира»[xxxiii].

Во время управления Тамбовской кафедрой святитель Феофан уделял внимание всем монастырям, однако особое архипастырское попечение он имел о женских обителях и недавно образованных общинах, насельницы которых более всего нуждались в его святительских наставлениях. Как мудрый духовник, он видел в этом свой отеческий долг. Во время визитов Затворник обращался к сестрам со словами назидания, говорил о том, как молиться и каяться, как спасаться в монастыре, и призывал их помнить данные ими монашеские обеты и исполнять их до конца своей жизни.

[i] Федоров В.А. Русская Православная Церковь и государство. Синод. период 1700–1917. М., 2003. С. 55.

[ii] Там же. С. 57.

[iii] Там же. С. 63.

[iv] Историко-статистическое описание Сухотинского Богородице-Знаменского женского монастыря / ТЕВ. 1864. № 16. С. 110.

[v] Феофан, епископ. Слова к Тамбовской пастве. М., 1861. С. 15.

[vi] Там же. С. 16.

[vii] Там же. С. 14.

[viii] Там же. С. 20.

[ix] Там же. С. 293–294.

[x] Сезеново и его подвижники / Сост. иерей Г. Андреев, Л.Ю. Евтихиева, Н.С. Семенова. Тамбов, 2007. С. 22–23.

[xi] Феофан, епископ. Слова к Тамбовской пастве. М., 1861. С. 220.

[xii] Там же. С. 223.

[xiii] Там же. С 188.

[xiv] Историко-статистическое описание Тамбовской епархии / Сост. А. Андриевский. Тамбов, 1911. С. 833.

[xv] Феофан, епископ. Слова к Тамбовской пастве. М., 1861. С. 214.

[xvi] Там же. С. 215.

[xvii] Историко-статистическое описание Тамбовской епархии / Сост. А. Андриевский. Тамбов, 1911. С. 825.

[xviii] Феофан, епископ. Слова к Тамбовской пастве. М., 1861. С. 34.

[xix] Историко-статистическое описание Тамбовской епархии / Сост. А. Андриевский. Тамбов, 1911. С. 826.

[xx] Феофан, епископ. Слова к Тамбовской пастве. М., 1861. С. 127.

[xxi] Там же. С. 130.

[xxii] Там же. С. 147.

[xxiii] Историко-статистическое описание Тамбовской епархии / Сост. А. Андриевский. Тамбов, 1911. С. 875.

[xxiv] Феофан, епископ. Слова к Тамбовской пастве. М., 1861. С. 203.

[xxv] Там же. С. 201.

[xxvi] Феофан, епископ. Слова к Тамбовской пастве. М., 1861. С. 230.

[xxvii] Там же. С. 151.

[xxviii] Феофан, епископ. Слова к Тамбовской пастве. М., 1861. С. 152, 163.

[xxix] Там же. С 101.

[xxx] Там же. С. 143.

[xxxi] Там же. С. 146.

[xxxii] Там же. С. 102.

[xxxiii] Там же. С. 104.

Издательский совет РПЦ